VICIOUS CRUSADE: новый прорыв. Интервью с группой в Музыкальной Газете.

До недавнего времени об этой минской группе писали исключительно «металические» издания. По радио их музыка звучала в авторских передачах, специализирующихся на тяжелом роке, а на страницах «Музыкальной газеты» о группе можно было узнать только с черных «легионовских» страниц. Так было до недавнего времени. Но с выходом последнего альбома «Forbidden Tunes» («Запрещенные мелодии») ситуация кардинально изменилась. Через шесть лет, прошедших с момента образования, выпустив три полноформатных («Life That Kills», «The Unbroken», «Forbidden Tunes») и два мини-альбома («Faces of Vice», «Messiah… Isn't It Me?»), неоднократно выступая не только в крупнейших городах Беларуси, но и в Москве и Киеве, VICIOUS CRUSADE выходят на качественно новый уровень. Национальный рок-уровень, если можно так сказать. Уровень, где о группе пишут «общедоступные», а не специализированные издания, где по радио песни транслируются в дневное время, где группу можно увидеть по телевизору и услышать не только на «металических» концертах, но и на «Рок-коронации». Итак, знакомьтесь: Алена Горных (вокал), Алексей Вертель (гитара), Алексей Гладыш (ударные), Сергей «Маркус» Одинец (бас-гитара), Баграт Вартанян (скрипка) и Дмитрий Басик (вокал, гитара).

— Ребята, до недавнего времени вы считались металической группой и, по опросам журналов, газет и Интернет-сайтов, являлись в Беларуси группой # 1 в стиле хэви-метал. Однако, с выходом вашего последнего альбома «Forbidden Tunes», вас уже нельзя назвать исключительно метал-группой. Очень похоже на то, что вы выходите на национальный рок-уровень.
Алена: «Национальный рок-уровень” — очень смешной термин…
Баграт: Музыкантам всегда приятно, когда много людей знакомо с их творчеством. Я лично буду делать все, чтобы нас знало все больше и больше людей.
Сергей: Если группа выйдет на национальный рок-уровень, я буду рад и за нашу группу, и за наших фэнов, и за нашу страну.
Алексей В.: Сказать по правде, вопрос чистоты стиля нас уже давно не волнует. Первое время мы говорили всем, что играем дэз-метал: было забавно чувствовать себя музыкантом, исполняющим громкую, брутальную, пугающую простого обывателя музыку. В какой-то момент мы поняли: то, что мы делаем, дэз-металом даже и не пахнет. С другой стороны, метал — это не только музыка, а еще и другие аспекты культуры и, прежде всего, отношение к жизни: смелое, свободное, лишенное оглядок на правила и общественное порицание. С этой точки зрения мы, безусловно, считаем себя частью метал-культуры. Если же говорить чисто о музыке, то чем дальше, тем больше мы пытаемся подчеркнуть свою принадлежность к нашей стране, нашему городу, а не к какому-то флоридскому, шведскому или норвежскому стилю. Где бы мы ни играли, нас всегда воспринимают, прежде всего, как белорусов, а не как металистов. Металистов и своих везде предостаточно.
Алексей Г.: У меня возникает вопрос: «А что такое национальный рок-уровень?» Если трезво смотреть на вещи, то уровней нет вообще. Есть лишь мнение: попса — хорошо, рок — неплохо, метал — лучше не надо. Под «металом» большинством масс подразумевается все отрицательное, что есть в музыке. Поэтому более легкая музыка и более доступна основной массе слушателей. В этом контексте VC, мне кажется, была и остается хорошо воспринимаемой совершенно разными людьми командой.
Сергей: Тут нет никаких рамок. И тому, что мы записали именно такой альбом, есть только одно объяснение: это синтез музыкальных вибраций всех шестерых музыкантов группы. Другим этот альбом и не мог быть. Он объединил наши музыкальные вкусы и возможности.
Алексей В.: Мы записали то, что смогли, и то, что сумели на данный момент. Почему-то получилось так, что сочинились именно такие мелодии, именно такие ритмы. При всем желании мы бы не смогли сыграть лучше. Что приятно, все участники группы довольны проделанной работой и выбранным направлением. Но чувство легкой неудовлетворенности и желание продолжить творческий поиск тоже, конечно, остались. Я иногда завидую слушателям VC: они могут воспринимать нашу музыку спокойно и не думать о том, что неплохо бы басов в гитарке добавить и «бочку» погромче сделать.
Алексей Г.: Что касается альбома, то в нем мы передали часть того, что хотели передать. В «Forbidden Tunes» отражаются действительный уровень, мелодика, доступность, своеобразность, присущие VC. Появилось больше хороших моментов, таких как вариативность мелодических планов, вокалов и т. д. Причем все песни выполнены в разных ключах, что вызывает яркую гамму ощущений в процессе прослушивания. Я уверен, что каждому услышавшему обязательно понравится какая-то определенная композиция. Хотелось бы лишь посоветовать слушателям хорошенько расслушать новый альбом. С первого раза его можно не понять. Знаю это по себе.

— Для тех, кто слышит о вас впервые, как бы вы описали тот стиль, в котором сегодня играет группа?
Алексей В.: В наше время смешения культур и полов порой очень трудно дать определение какому-то конкретному произведению искусства. Вчерашние заклятые враги, считавшиеся антиподами в искусстве, сегодня уже пьют водку из одного стакана и, не смущаясь, играют на одной сцене. Рэп уже давно стал нормой в тяжелой гитарной музыке, уже давно никто не падает в обморок, слушая трэш на виолончели или блэк-метал на балалайке. И нас сложившаяся в настоящий момент в мировом искусстве ситуация вполне устраивает. Себя мы в ней чувствуем вполне комфортно и уверенно. А что еще надо для полного счастья? А какой стиль? Несомненно, метал!
Дмитрий: По крайней мере, для тех, кто слушает N.R.M. и НЕЙРО ДЮБЕЛЬ, мы не будем чем-то сверхэкстремальным.
Алексей Г.: На мой взгляд, определение или присвоение определенного стиля команде является не совсем правильным. Если говорить о жанре — что будет более уместным — то я отнес бы нашу музыку к веяниям рока. Считаю неприемлемым признавать один и полностью отрицать другие стили. Что же касается нашей последней работы, ее можно охарактеризовать как некий стилистический симбиоз, где прослушиваются присущие разным направлениям мелодии и ритмы.

— В этом году у вас была реальная возможность выступить на «Рок-коронации». Вы, однако, этой возможностью не воспользовались. Почему?
Дмитрий: Честно говоря, не только в этом году. В 99-м у нас уже была такая возможность. Но, как и тогда, так и на этот раз мы просто забыли в ней поучаствовать.
Алена: По слухам, для этого надо было, как минимум, к кому-то пойти и попросить, чтобы нас взяли, а это уже не круто! Но даже если бы нас добровольно пригласили, не думаю, что я была бы в восторге…
Сергей: Скучный конкурс. Там все заранее запланировано. Я считаю, что на «Рок-коронации» нет жизни, нет пульсации, азарта, духа соревнования. Внутренняя атмосфера скучная, а внешняя -- ненастоящая, наигранная. У нас есть свои фэны, которых мы очень любим и ценим. А бутафорских наград нам не надо.
Баграт: Верно, там нечего ловить!
Дмитрий: Для нас там номинацию еще не придумали.
Алексей В.: Почему же? «Лучшая англоязычная группа на букву «V»!

— Выход на национальный уровень предполагает более профессиональный подход к музыкальной деятельности. Возможно, речь даже зайдет о том, чтобы зарабатывать музыкой на жизнь. Реально ли это? И является ли это вашей целью?
Алексей В.: Мы уже куда-то выходим? Почему меня никто не предупредил? Если серьезно, то лично я музыкой зарабатывать не собираюсь. Какие планы у других ребят, я не знаю. В принципе, заработать можно, но этим надо заниматься 24 часа в сутки и быть готовым к постоянному нервному напряжению и ежедневным разочарованиям. И согласитесь, насколько интереснее и приятнее сочинять и играть музыку, когда на тебе не висит груз материальной ответственности.
Баграт: Денег мы не зарабатываем. А хотелось бы. Деньги — это способ существования в этом мире.
Алена: Конечно, хотелось бы зарабатывать многия мильены… Но это нереально!
Сергей: Любой рост группы для меня приятен, и, тем более, профессиональный. А если мы начнем еще и нормально зарабатывать музыкой, то я скажу три слова: согласен, это круто!
Алексей Г.: Я думаю, каждому музыканту хочется заниматься своим любимым делом и получать за это деньги. Меня могут обвинить в меркантильности или сказать, что я не «true» (true: здесь&nbsp— истинный последователь идей металической музыки. - Прим. авт.). На самом же деле, деньги являются чуть ли не самым главным критерием существования в современном мире. Другое дело — исполнение той музыки, которая нравится тебе, музыки от души и для души. Хотелось бы сочетать и то, и другое. Пока еще это нереально. Да и к тому же в нашей стране нет определенных условий, такого рода бизнеса, в который бы были вовлечены музыканты «тяжелого» профиля. У нас их просто не хотят понимать.

— Основной преградой для выхода на широкий белорусско-российский рынок может стать тот факт, что вы не поете на русском или белорусском языках. Вы готовы пожертвовать английским языком?
Баграт: Мы играем европейскую музыку, и ее надо петь только на английском языке. Я до сих пор не могу понять группы, играющие хардкор и поющие на русском языке. Это так смешно выглядит!
Алексей Г.: Если ориентироваться на российско-белорусский рынок, то на родных языках и не мешало бы запеть. Однако в коммерческом плане здесь нет определенного смысла, так как у нас особо-то и не знают металические команды, поющие на русском или белорусском языках. Первое, что приходит на ум — АРИЯ. Потом начинаешь напрягаться. Вот с роком у нас все в порядке: множество команд, поющих как на русском, так и на белорусском. Но метал… Тем более, если учитывать тот факт, что английский является языком мировой рок-культуры, тяжелой музыки, то нет и особой необходимости жертвовать им. Хотя можно было бы попробовать написать тексты и на родном языке: ведь музыка все равно остается музыкой. И, возможно, могло бы получиться что-то весьма интересное.
Алена: К сожалению, мне неудобно петь на русском и белорусском, и многие голосовые фишки теряются. Пока что английский для меня самый естественный.

— У каждой музыкальной тусовки есть свои правила, традиции, устои. Есть свои мэтры и гранды, в конце концов. Быть может, в мире металической музыки, где вы отлично себя чувствуете, вам было бы куда легче и спокойнее? Ведь никто не даст гарантии, что новое окружение примет вас с распростертыми объятиями.
Алексей В.: Я прекрасно общаюсь со всеми: и со старыми музыкантами и с молодыми ребятами. И с растаманами, и с дэзерами и с любителями техно. Главное, чтобы чувство юмора и такта было на нужном месте. Думаю, мы смогли занять достойное место в белорусском музыкальном мире во многом благодаря своей общительности и другим личностным качествам. Поэтому молодым амбициозным музыкантам рекомендую в перерывах между разучиванием гамм почитывать Дейла Карнеги и Астрид Линдгрен.
Алексей Г.: Скажу так: у VC постоянно были проблемы с конкуренцией, завистничеством, наговорами, слухами и т. д. Надоело. Некоторые музыканты из других команд не могут понять, что бессмысленно кому-то что-то доказывать, не имея на это права, да еще и будучи некомпетентным. Тусовочные же правила и устои — дай Бог, чтобы они были нормальными и ненавязчивыми. Я, как и все остальные, приму их без колебаний. Другое дело, когда они действительно жлобские. И тут уже никто не даст каких-либо гарантий относительно нашей реакции. Единственная гарантия — я знаю, чем и как можно ответить на такое.
Дмитрий: Проблема в том, что у определенного круга людей, слушающего металическую музыку, имеется очень превратное мнение по поводу того, как работает нормальный шоу-бизнес. Они считают, что метал-группа не может быть коммерческим предприятием, вся деятельность ее должна ограничиваться уровнем подвалов и маленьких грязных клубов со скверным звуком. Любой шаг группы с самого начала нашего существования встречался в штыки: нас обвиняли в «звездной болезни», «продажности», «опопсении» и других «смертных» грехах. И все потому, что мы на самом деле хотели доказать, что и в металической музыке можно делать все по канонам нормального шоу-бизнеса. И мы это доказали. Мы выпустили три компакт-диска, что для метал-группы в Беларуси практически нереально. Но титул «номера один», к сожалению, принес с собой еще больше упреков, обвинений и даже оскорблений в наш адрес. Я пытался как-то объяснить людям, что мы из себя представляем и к чему мы стремимся. Потом, потеряв всякую надежду, начал откровенно смеяться и ерничать. Но всему есть предел. Ситуация просто зашла в тупик, и я больше не имею желания ввязываться в пустые и бессмысленные дискуссии. Я не знаю, что нас ожидает в общебелорусском шоу-бизнесе. Одно я знаю наверняка: то, что ставили нам в упрек, будет являться нормой. И это меня утешает.

— В музыкальной среде, а также среди слушателей довольно часто обсуждают проблему плагиата. Каждый считает своим долгом сообщить окружающим о том, кто, что и у кого — по его мнению — позаимствовал. VC приходилось с этим сталкиваться?
Баграт: Очень редко!
Алексей Г.: Хаха! Да, довольно часто приходилось сталкиваться с этим. В основном на ранних этапах деятельности группы. Со временем это стало проходить. Скорее всего потому, что мы стали слушать больше другой музыки, больше заниматься собой, расти как музыканты. Мы выработали свой собственный стиль. Я ценю чувства долга каждого, кто пытается обвинить нас в плагиате. Но ведь нужно понимать и то, что отследить всю музыкальную культуру не возможно. Тем более, мы не критики, а музыканты, которые делают то, что им нравится. Гранды тоже иногда прокалывались в плане совпадений или какой-то похожести. Бывает…
Сергей: У нас просто не хватает времени и возможности прослушать все, что сейчас выходит в свет на музыкальном рынке. Поэтому совпадения, естественно, могут случаться.
Дмитрий: По поводу того, что мы, дескать, заимствуем мелодии у других групп. Так вот, хочется официально заявить, что не у "других групп", а у Вахтанга Константиновича Кикабидзе, нашего гуру, музыкального наставника и идола.
Алексей В.: Более того, мы не крадем или заимствуем его мелодии и идеи. Мы их цитируем!

— Ребята, откуда такая любовь к творчеству Кикабидзе? Он, вроде бы, уже давно не лидирует в хит-парадах!
Дмитрий: Наш официальный Интернет-сайт (www.vcrusade.by.ru) практически ежедневно борется в рейтингах музыкальных сайтов с двумя основными конкурентами: официальным сайтом Вахтанга Кикабидзе и песней Башкирии. С песнями Башкирии мы пока еще не разобрались, а вот поклонниками творчества Вахтанга Константиновича Кикабидзе уже стали. Моя любимая песня Кикабидзе — народная армянская песня «Ов, сирун, сирун», на втором альбоме. Алексей В.: А моя — «Приходит в зрелости пора все понимать». Альбом «Секрет счастья». Дмитрий: Все наше с Алексеем творчество — это дань уважения Вахтангу Константиновичу.

Ну что ж, понятно. Музыка, насколько мне известно, не является для вас основной работой и источником доходов. Вы работаете, учитесь?
Алексей В.: И откуда это тебе известно о наших источниках дохода? Да, мы учимся, работаем, потребляем белки, жиры, углеводы и всячески пытаемся поддержать жизнеспособность своих организмов. А музыка является побочным продуктом жизнедеятельности.
Алексей Г.: На данном этапе уже не учусь. И в свободное от музыки время занимаюсь зарабатыванием небольшого количества денег. Алена: Моя работа в основном связана с редактированием и журналистикой.
Баграт: Я учусь в институте.
Сергей: Я — студент БГУ. Учусь заочно.
Дмитрий: А я занят в сфере внешнеполитических отношений Беларуси с другими государствами. Это и является источником всех моих доходов.

— Кроме занятия музыкой, как вы проводите свободное время? Ваши увлечения, интересы?
Баграт: Музыка, музыка и только музыка! Играю в проекте с гитаристом группы POSTHUMOUR BLASPHEMER. И не только.
Алексей Г.: Кроме игры в VC и в свободное от работы время занимаюсь музыкой в команде DEADMARSH, где также играю на барабанах. Интересы: книги, компьютер, кулинария и многое другое.
Сергей: Мне нравится спокойная и тихая обстановка, поэтому шумные места я не посещаю. Предпочитаю быть дома, и изредка выхожу прогуляться.
Алена: В последнее время люблю в одиночестве смотреть фильмы и читать. Еще очень люблю вкусно поесть.
Дмитрий: Интересно, Алена, а вкусно поесть — это увлечение или интерес? Мое самое большое увлечение после музыки — кино. А так же видеосъемка и все, что связано с процессом производства фильмов. И, конечно же, книги.
Алексей В.: Для нас группа — это не только рабочий коллектив, а еще и компания друзей. Частенько собираемся вместе попить всевозможные напитки, помечтать о лучших временах и новых гениальных проектах. Одним словом, отдых, увлечения и интересы у нас чисто языческие.

— И в заключение. Как бы вы охарактеризовали ваш последний альбом одним предложением?
Алексей В.: Бескомпромиссный монолит танцевальной музыки про экстремальную любовь от создателей "Land of Lakes".
Алексей Г.: Смело и неординарно.
Сергей: Хороший альбом, мне он очень нравится.
Баграт: Альбом, который надо купить!
Дмитрий: А потом перепродать. За очень большие деньги.

Вадим ГРЕХОВ, специально для «Музыкальной газеты»
http://www.nestor.minsk.by/mg/