Интервью для сайта. 2001 г.

Июль 2001 года. С момента выхода последнего мини-альбома прошло несколько месяцев. За это время сингл услышали все, кто этого хотел, пресса отсверкала своими глубочайшими способностями в сравнении материала «Messiah…» с классикой, попсой, артрозисами и антикрайзисами, а также с предыдущими релизами группы. Была, честно говоря, и у меня идея написать свою рецензию на последний сингл, более того, какое-то время она даже лежала на сайте, но потом я подумал, что если моих музыкальных познаний с трудом хватает на то, чтобы отличить гитарную примочку от скрипичного ключа, то стоит направить свои усилия на то, что у меня получается немного лучше: на общение. Способ общения был выбран единственно возможный и крайне неудобный: через электронную почту, поэтому полноценного диалога, к сожалению не получилось. Более того, природная лень в совокупности с отсутствием технических средств похе… нет, временно похоронила благое намерение довести и отполировать интервью до удобочитаемой и логически связанной формы, так что отнеситесь с пониманием к наличию нестыковок в диалогах и незавершенности. Со временем, надеюсь, из этого получится настоящий литературный шедевр.

В последние годы в металлической музыке наметилась тенденция всем, кому не лень, выступать с оркестрами, хорами, вымирающими бразильскими племенами. Вы не планируете в будущем записать альбом, например, с фокусником?
Алена: Чисто теоретически мы движемся к этому — с каждым нашим альбомом арсенал выразительных средств расширяется…
Басик: Хаха! Недавно я предложил ребятам привлечь к записи нового альбома стриптизерш. Вот, когда моща попрет!

Кстати, как получилось, что в группе появилась скрипка? Вы уже представляли, каким будет следующий альбом, когда Баграт пришел в группу?
Баграт: Совершенно случайно. Сидел я как-то у моего друга Сергея и увидел кассету VC. Я попросил ее поставить. Первую песню, которую я услышал, была «Land Of Lakes». Я сказал, что в этой группе хорошо звучала бы скрипка, а Сергей сказал, что VC давали объявление по поводу скрипки (обманул!). Я позвонил в редакцию Музыкальной Газеты и нарвался на Андрея Мэна, который сказал, что впервые об этом слышит и попросил меня перезвонить попозже. После трех звонков (я его конкретно достал) он дал мне телефон Алены, которая взяла мой домашний телефон и сказала, что мне перезвонят. И вот, через месяц мне перезвонили (перезвонил Дима). Я с ним встретился и он принял меня в группу. Вот так, совершенно случайно, я попал в группу, и этому очень рад.
ДБ: Дело в том, что мы на самом деле уже несколько месяцев думали о том, что было бы очень круто взять «живого» скрипача. То есть морально готовы к этому мы уже были. Но объявлений никуда мы не давали. А тут вот звонит мне Мэн и говорит, что объявился скрипач, который утверждает, что звонит, мол, по объявлению. В общем, произошло все как нельзя кстати. Это судьба. А насчет того, что мы Баграта взяли в группу сразу после того, как с ним поговорили, это он загибает. Мы присматривались к нему и прослушивали его около двух-трех месяцев. Но он превзошел все наши ожидания, таким крутым малым он оказался! В общем, без взятки здесь не обошлось.

Баграт, у тебя немного необычный для металлической музыки инструмент. Когда тебе пришла идея играть тяжелую музыку?
Баграт: Я с давнего детства слушал тяжелую музыку и любил ее. Приходя в VC, я делал ставку на фолк, так как в фолк-музыке скрипка — один из главных инструментов.

Вообще, в детском возрасте тот, кто ходит «со скрипочкой», ассоциируется с суперинтеллигентом, не способным за себя постоять. При этом обычно в очках и очень начитанным. Как насчет тебя?
Баграт: Никогда не считал себя суперинтеллигентом. И я способен за себя постоять. Хотя на скрипке действительно нужно много играть: ведь скрипка — сложный инструмент, и чтобы хорошо играть, нужно вкалывать.
ДБ: Не способным за себя постоять? Да он уже к концу 2000 года грозился любому встречному череп проломить! Я имею ввиду, что вначале он скрывал свою порочную сущность, а потом все-таки раскрылся. Баграт — страшный человек.
Вертель: Баграт может за себя и постоять, и посидеть, и изредка даже полежать. Действительно, у него вообще только и разговоров «Как бы кому-нибудь череп проломить» (прямая цитата). Одно слово — хардкоровец. И как это его в скрипки потянуло?..

Пока использование скрипки в музыке VC ограничено. Планируешь ли ты ввести скрипичные партии во все композиции, например, в «Chains of Tyranny»?
Баграт: Если честно, то я не знаю эту композицию. Я думаю, скрипка останется такой, какой она была на мини-альбоме. Все-таки скрипка — это скрипка, а гитара— это гитара.

Маркус, ты оказанся в группе немного позже — в ноябре 2000. Как это получилось, ты уже был знаком с Vicious Crusade раньше?
Маркус: Да, я был знаком с людьми, но не со всеми. Лично я знал Вертеля Алексея, Дмитрия Басика и тур-менеджера группы Артура «Арчи». А попал я в группу по обычной схеме: нужен был человек, который владеет бас-гитарой, хорошо вписывается в состав, имеет опыт на сцене, в студии, ну и так далее. Ребята сделали мне предложение играть в группе, и я согласился. Хороший коллектив.
Вертель: Да, с Маркусом я знаком давно. Немало пива (и не только) мы перепили в свое время на Художниках. До сих пор помню прикольный случай: иду я по скверику, а пьяный Маркус с гитарой в руках мне кричит: «Лёша, я тут рифф придумал. Слабо сыграть?». Я понятное дело, на провокацию не купился. Надо будет у него все-таки узнать что ж там за рифф был?..

Да, Сергей, чего у тебя не отнять, так это опыта работы на сцене. Твой коллега по инструменту, Джейсон Ньюстед на концертах часто исполнял основные вокальные партии на многих композициях. У тебя нет таких планов?
Маркус: Я считаю, что идея группы «Metallica» очень хороша, она внесла разнообразие в их концерты и добавила особенный колорит их выступлениям. В моих же планах еще нет такого, чтобы спеть полностью песню, но я с удовольствием принимаю участие в роли второго голоса и думаю, что вполне с этим справляюсь.

Вообще-то это была идея не столько всей «Металлики», а только Джейсона. Он как-то даже сказал, что-то в духе «на новом альбоме я буду петь, причем громко. Не знаю только, запишут ли это…» Как у тебя, кстати, с английским?
Маркус: Только со словарем. Что делать, ведь в учебных заведениях я изучал французский. Однако при благоприятных обстоятельствах обязательно посещу курсы английского.

Зря ты об этом сказал, потому что теперь тебя могут попросить перепеть партию Елены в «In Articulo Mortis»… Вообще, тебя не ограничивают в творчестве, не говорят: «это слишком тяжело», «этого не поймут»?
Маркус: Говорят! Не дают реализовываться. «То не так, это не так»… Сплошная диктатура!!! (шутка). Все нормально! В группе очень хорошее взаимопонимание и разногласий в плане творчества нету. Как говорится, все на своих местах, и я считаю, что это положительный фактор.
Вертель: Уж чего-чего, а «слишком тяжело» у нас никогда проблемой не было.

Да, по мнению некоторых, проблема — слишком попсово. Что, на ваш взгляд, попсового в Ledge?
Вертель: Очень попсово звучат фоновые клавиши на выходе к финальному припеву. Их правда очень слабо слышно, но мы-то знаем, что они там есть.
АГ: На мой взгляд, за все время игры в Vicious Crusade именно в этой вещи попсовее всего звучат барабаны.
ДБ: Барабаны, точно!
Баграт: Мне лично наплевать на то, что люди считают ее попсовой. Главное - что она красивая. А за красоту пусть она даже будет попсовая.
Алена: Да сопливая песня про неудачную любовь — сама идея попсова до безобразия!.. Плюс необремененность музыки тяжелыми элементами…
Маркус: Все что угодно, только не текст песни. А конкретно: пусть слушатель при желании сам находит. Это его право! Мне лично эта песня нравится. То, что было необходимо сделать как музыканту, я сделал.
ДБ: Вот, кстати, про сопливую песню и неудачную любовь. «Dancing On The Ledge» была написана под воздействием моего достаточно драматичного любовного опыта. На самом деле, я мало что выдумывал и преувеличивал в тексте песни, ибо было мне реально хреново, и думал я, что все, копец моему любовному опыту. Не всему, конечно, а конкретно взятому. И что вы думаете? Песня стала хитом, а вместе с песней воспрял и мой любовный опыт. Тьфу-тьфу, и по сей день живет и здравствует. Вот так блин бывает! И никакая она не попсовая, а самая что ни на есть тру. И даже немножко ивел.

Дима, не знаю, замечал ли ты или нет, но на новом сингле твой вокал уже не стоит на первом плане, как на The Unbroken и тем более Life That Kills. Возможно, это мое субъективное мнение. Как ты отнесешься к тому, если Алена станет «фронт-мэном» группы, а ты - «серым кардиналом»?
Алена: Я и не хочу быть мэном, даже «фронт»…
ДБ: На самом деле на мини-альбоме Аленин вокал доминирует над моим. Но мы этого и добивались! В кои то веки уровень громкости Алениного вокала мы вывели на нужную величину. Более того, Алена спела просто великолепно, поэтому неудивительно, что ее партии звучат куда привлекательнее моих. Я, конечно, сомневаюсь, что Алене когда-нибудь удастся стать фронт-мужчиной, ха-ха, а фронт-женщиной группы она и так является!
Алена: А вот в плане доминирования над басиковским вокалом на записи еще есть куда расти!

Многие неоднократно отмечают чистоту английского языка в ваших песнях, а перевод своих же вещей на русский язык иногда не совсем корректен. Как к вам приходит идея насчет содержания песни: сразу пишете на английском или все же придумываете концепцию на русском?
ДБ: Ты правильно, Алекс, подметил, что порой мой перевод не буквален (так бы я сказал). Все дело в том, что песни я пишу сразу на английском языке. Более того, я даже сознание «переключаю» на английское мышление, чтобы фразы рождались естественными для английского языка и не звучали как калька с русского. Таким образом, ты придаешь английским фразам определенные конотации, определенные эмоциональные окраски, которые — зачастую — могут слышаться только при прослушивании песни. Не слыша того, как произносится та или иная фраза, можно подумать что фраза нейтральна. Яркий пример — Divine Contract. Это только при прослушивании понимаешь, что весь диалог человека с Богом — это ирония, настоящая сатира. Сам же текст выглядит очень даже «правильно». Один человек, при прочтении текста, даже сказал: «Какие замечательные богоугодные стихи!» Поэтому, чтобы передать истинный смысл некоторых наших текстов, приходится отступать от буквального перевода английских фраз и прибегать к расширенному и описательному способам передачи смысла для русскоязычного читателя.

Текст Polka повествует от имени decripit old man, а Аленин вокал явно на старческий не тянет. Как пришла идея отдать исполнение этой вещи именно Алене?
ДБ: Ну, не стоит же воспринимать вещи так буквально! Polka просто сделана в стиле белорусских народных стихотворений а-ля Янка Купала. А Алена его (стихотворение) просто поет. Что же касается выбора Алены, то здесь вообще все проще простого: ну не могу я петь хорошо чистым голосом, а Polka — мелодичная песня. Из этого следует: если песня мелодичная, значит ее и поет Алена.

Вас постоянно сравнивают то с Nightwish, то теперь вот с Artrosis, почему-то даже с Gods Tower, игру Баграта по незнанию просто с классиками. Неужели на ваш стиль действительно никто из тех групп не влияет?
АГ: Конечно, влияет. Стараюсь слушать все, как говориться от классики до металла. Попсой тоже не пренебрегаю. Просто слушаю и извлекаю полезное.
Баграт: Я думаю, есть влияние, но не этих групп.
ДБ: Когда-то Алексей Вертель… Слушай, Алекс, я тебя тут все время цитирую, рекламирую понимаешь! С тебя пиво! …Так вот, он сказал, что нас вот сравнивают с теми и с теми, но до сих пор так и не угадали, у кого мы ту или иную идею украли, хаха! Шутка, конечно, но и в ней есть доля правды. Просто у людей кругозор несколько ограниченный, вот они и сводят все к вышеупомянутым группам. Да мы, между прочим, основной дух Dancing On The Ledge у БИ-2 позаимствовали, а Artrosis мы вообще до этого не слышали! Мы метал мало слушаем, так что, если хотите провести параллели, то придется послушать порой совершенно неметалические группы.
Алена: Да, Artrosis я потом специально попросила послушать у того «критика», который написал в рецензии, что мы у этой банды содрали песню! Послушала, но так и не поняла, где и чего мы содрали… Что касается Nightwish, то их я тоже услышала только после того, как заинтересовалась, что же все имеют в виду… На лавры Тарьи я и не претендую — она профессиональная оперная певица, а я такой не собираюсь быть… А насчет БИ-2, Басик, не обобщай, плиз, — я терпеть не могу эту группу!..
Маркус: Да, очень хороший вопрос. Может действительно послушать Nightwish и Artrosis, а то толком так и не знаком с их творчеством. Конечно, я даже и спорить не буду, что хорошие исполнители и группы оказывают поучительное влияние друг на друга, а нот-то толком в звукоряде двенадцать, так что повторения случаются даже у «суперкрутых».

Вы считаете идиотским вопрос, в каком стиле вы играете?
ДБ: Странно, что люди до сих пор испытывают с этим сложности! Да это же простой хэви-метал, порой переходящий в трэш, порой — в альтернатив, порой — в хард-кор, приправленный то классическими, то фолковыми мотивами. А мой гроулинг никого не должен сбивать с толку: просто мне так нравится петь. И дэзом, как некоторые думают, здесь даже и не пахнет.
Вертель: Мы играем в стиле, который сами изобрели. Называется он — бард-метал. То есть авторские бард-песни под драйв, барабаны и с гроулом.
Алена: Не то чтобы идиотским, но надоевшим — точно! Басик дал сносную характеристику, но я все же нескромно полагаю, что в нашей музыке намешано всего побольше, но чего конкретно — затрудняюсь сказать… Знаю только, что на меня в музыкальном и, главное, вокальном плане тяжелые группы мало повлияли.

В истории каждого музыканта всегда есть что-то вроде «в таком-то возрасте я впервые попал на концерт такой-то группы», после чего решил заняться музыкой. У вас такое было?
АГ: У меня такого не было. Музыкой занимаюсь с 5 лет. Родители тогда отдали меня в музшколу учиться играть на фоно. Серьезно же начал заниматься после того, как начал слушать тяжелую музыку.
Баграт: Нет, у меня такого не было.
ДБ: Я помню, что лет так в 10–11 я отдыхал в Литве, в Паланге. И там проходил какой-то рок-фестиваль, известные группы играли. Какие — не припомню. Помню только, что меня так продубасило, что я и решил для себя: музыка — дело крутое. И чем она громче и агрессивнее, тем лучше. Но более сильное влияние на меня оказал блюзовый фестиваль в Гомеле (мне тогда лет этак 14 -15 было). Там с каким-то известным в узких кругах «блюзменом» Саша Ураков из GODS TOWER играл. Так вот, он тогда на сцене пьяным был и поэтому выдавал там такое, что я просто фигел! И хайром под блюзы тряс, и по клавишам ногой стучал, когда на фортепьяно одну песню играл, а в конце так залабал Smoke On The Water, что я просто вообще в осадок выпал! Вот с тех пор я и решил заняться музыкой серьезно.
Маркус: Если мне не изменяет память, то, по-моему, это был 1985 год. В Минск приезжали и выступали целую неделю музыканты группы «Август». Это был угар! Хэви-металл вживую! Атмосфера концерта была впечатляющая! Свет, целая туча пиротехники! Конечно, на меня, как на подростка, которому все это было в удовольствие, произвело колоссальное впечатление. И после всего, что я увидел и услышал, я захотел стать музыкантом.
Алена: Нет, я просто с детства очень любила музыку (особенно пение!) и хотела ею заниматься. 8)

Стало ли вам в последнее время труднее выступать? Ведь теперь к вам предъявляют особые требования, ни один недочет теперь не будет безразличен для фэнов. На концерте 24 марта, например, многие были недовольны постоянным отключением гитары и ее расстроенностью после того, как она упала.
Баграт: Мне — нет. Я привык играть на сцене еще до VC!
АГ: Да. Однозначно. Конечно, с опытом Vicious Crusade стали избавляться от многих проблем, которые возникают практически у всех музыкантов в начале творчества. Однако, музыканту окончательно, как и любому человеку, невозможно избежать полного исключения таковых. Со временем к этому прибавляются так называемые «профессиональные» нюансы, которые требует постоянного решения и корректировки. Тем более, если рассматривать наш отдельно взятый регион, то здесь будет все понятно. Я имею в виду техническое оснащение музыкантов, возможность выступлений и присутствие стимула.
Алена: Да, я чувствую гораздо большую ответственность, не могу себе позволить откровенно лажаться… Возможно, с этой психологической нагрузкой и связан неудачный опыт последних концертов, когда от подсознательного волнения я заболевала аккурат перед выступлением… Это, кстати, случилось и перед самым последним на данный момент, московским концертом, но как-то удалось побороть саму себя и заставить не раскисать… Вроде получилось!
ДБ: Да, после того, как гитара падает, она имеет тенденцию расстраиваться. Более того, у моей гитары даже порвалась струна. И пусть в меня кинет камнем тот, кто не поверит, что и я был очень даже расстроен всеми техническими злоключениями! Стало труднее с технической стороны: у нас появилась скрипка, а отстроить ее звук так, чтобы она звучала хорошо не только на записи, но и на концерте, — задача не из легких. Но в плане нашего исполнения, нам стало играть легче. Как музыканты мы стали профессиональнее, это слышно и на концертах. Так что, если нет технических проблем, все у нас идет по плану.

Подожди, а технические проблемы — это что? Дело не в том, был ты расстроен или нет, а в том, что если гитару хреново поставить, то она падает. Просто потом пойдут разговоры, что вишесы вообще играть не умеют, ну, в общем, ты знаешь.
Маркус: Любой сбой аппаратуры доставляет неприятное ощущение не только фэнам, но и нам. Конечно, я понимаю, что публика хочет качества, а 24 марта 2001 г. аппаратура шалила больше, чем мы. Гитара после падения не только расстроилась, но у нее порвалась еще и струна. Хочу сказать только одно: мы будем стараться, чтобы такого не было. Обломы такого плана не нужны никому.

Кстати, об обломах. История вашей группы постоянно омрачается болезнями. Обидно, конечно, но со всеми может случиться. На концерте без Алены мы уже присутствовали, хорошего, конечно, в этом мало. Сможет ли концерт состояться без твоего участия?
ДБ: Я бы не сказал, что наша история «постоянно» омрачается болезнями. Просто уж так получается, что наши гастроли приходятся в основном на зимние месяцы, а у меня с Аленой имеются определенные проблемы с дыхательными путями, которые зимой почти всегда дают сбои. Честно говоря, я даже удивлен, что во время записи «Messiah…» Аленин голос был просто великолепен! К сожалению, конец прошлого года и начало нынешнего были омрачены проблемами «голосового» характера. Ну, а концерт без меня — отличная идея! Остается лишь Маркусу выучить все тексты, а Баграту — мои сольные гитарные партии. А я посидел бы в зале, попил бы пивка. Черт, попасть на концерт «вишесов» — чума, хехе!
Вертель: На этот счет мы загадочно улыбнемся и скажем, что кое-что из выше сказанного уже внесено в реальные планы. Но что именно — коммерческая тайна.

Вижу, у вас в группе очень напряженная обстановка, того и гляди — выпрут. Дима, представь себе, что Lesley по какой либо причине попросил тебя выступить вместо него. Как ты к этому отнесешься?
ДБ: Я бы согласился! Если это хорошо обставить, то из этого можно было бы сделать даже фишку. Конечно, Ножику бы пришлось спеть вместо меня на следующем нашем концерте, хехе!

Между прочим, Gods Tower, уже неплохо повыступали перед звездами мировой величины. А с какими командами вам бы хотелось играть?
ДБ: В самом начале нашего существования я еще думал о том, с кем бы я хотел поиграть на одной сцене. Но сейчас меня мало волнует, кто будет играть с нами. Во-первых, мы приходим на концерт непосредственно перед началом нашего выступления, так что с коллегами по метал-сцене мы встречаемся в гримерке и то мельком. А во-вторых, подборкой групп занимаются в основном организаторы концертов: ведь от хорошего подбора групп зависит и успех всего концерта в целом. Так что это уже денежные дела. Хотя, выступить вместе с METALLICA и AC/DC — я об этом до сих пор мечтаю.

Да, я и сам бы хотел побывать на концерте Lacrimosa-Metallica-Vicious Crusade. Только в реальных условиях я сам обкладывал факами Monster Magnet, осмелившийся выступать перед Металликой. Не помните, кстати, как в Реакторе орали «на #$% — давай Dementor»?
Вертель: Не помним. А что правда такое было?

Да, действительно было. Справедливости ради следует заметить, что орал не весь зал, а пара-тройка «брутальщиков», которые к началу выступления Дементоров выдохлись окончательно.
ДБ: К сожалению, и среди наших, белорусских, металистов встречается быдло. Если эти люди не уважают других людей, то почему мы должны уважать их?
Алена: А я никогда не задумывалась том, с кем играть. Но со звездами мировой величины себя на одной сцене пока не представляю…

Сейчас редкие группы в турне обходятся без guest musicians на сцене. Кого бы вы хотели видеть у себя?
ДБ: Мы уже играли с гостевыми музыкантами: Славой Сапуновым (клавиши), Тодором Кашкуревичем (волынка), Вадимом Марголиным (гитара, группа POST SCRIPTUM). Лично мне очень нравилось играть вместе с Вадимом, так что я бы не отказался поиграть с ним и в будущем. Еще я бы не отказался поджэмовать с Александром Ураковым и Лесли Найфом из GODS TOWER, ребятами из DEADMARSH, девушками из LONGPLAY.

А я как-то видел вас выступающими с барабанщиком из Deadmarsh, не знаю, правда, понравилось ли ему выступать с вами… Леша, ты играешь в двух группах. Как ты разделяешь свое creativity: на Deadmarsh — тяжелее, а на VC — мелодичнее? У тебя когда-нибудь возникают мысли: это — для вишесов, это — для Deadmarsh?
Барабанщик DEADMARSH: Уже почти как 3 года я играю в Deadmarsh. И за это время никаких особых трудностей не возникало. Наоборот, одновременная работа в разных стилях приводит к некоторому синтезу в техническом и идейном плане. Что касается разделения каких-то идей, то такое бывает. В основном это случается при появлении вопросов относительно тяжести и мелодизма при написании музыки. В остальном, разделение не принципиально. Делить себя сознательно не хочу. Я просто музыкант, который работает ради создания интересной музыки.

Так, вроде, с одними разобрались. Дальше — с Вадимом Марголиным вас видели многие, а когда вы играли с Тодором?
ДБ: С Тодором мы играли где-то в марте или апреле 1999 года на презентации компактов GODS TOWER. В «Рифф-Клубе» это было. Это было первое и пока единственное появление Тодора вместе с нами на сцене. Но мы все еще не бросаем надежды сыграть с ним снова. Думаю, это даже может произойти на презентации нашего нового альбома.
Вертель: Если тебя интересут точная дата — 7 марта 1998 года. И действительно на презентации Хоз Товаров.
Алена: Мальчики все время хотят взять на сцену каких-нибудь девушек — то на подпевки, то на подтанцовки… Я отношусь к этому очень ревностно!.. ;0)

Тогда это получатся уже не мьюзишнз, а шоу-балет в духе Киркорова-Моисеева. А с кем из российских групп вы бы хотели поиграть?
ДБ: А что? «Шоу-балет VICIOUS CRUSADE» — звучит на миллион долларов! Мы уже играли почти со всеми нашими метал-группами, так что вопрос я бы поставил так: с кем бы вы хотели поехать в продолжительное турне? Наверное, с GODS TOWER, POST SCRIPTUM, LONGPLAY.А из российских — с МУМИЙ ТРОЛЛЕМ, ДДТ, Гребенщиковым. Не потому, что я опопсел или метал не уважаю в натуре, а потому, что мне бы было очень интересно встретиться с этими людьми за кулисами. К тому же, моя мама, всякий раз смотря рок-концерты, у меня спрашивает: «Дима, а вас здесь покажут?» Блин, мне даже уже стыдно как-то перед ней!
АГ: Из наших, наверное, с АРИЕЙ. Люблю хэви.
Баграт: Моя мечта сыграть со SLIPKNOT, APOCALYPTICA. Из белорусских я бы сыграл с ТТ-34, с ТРОИЦЕЙ — однозначно.
Алена: Вопрос можно понять двояко: с кем мы хотели бы сыграть вместе на одной сцене, поджемовать… или с кем просто зарисоваться на одной афише… В любом случае, мне важнее не это, а запись…
Маркус: Какая собственно…….разница. Главное — чтобы ребята были классно-угарно-весело-алкогольно настроены. Если так будет всегда, то особых амбиций у меня нет.

Вы, наверное, единственная группа, которая не исполняет каверов. Это, наверное, даже как-то ненормально… Баграт: Я думаю, это нормально. Зачем исполнять кавера, если своих песен хватает? Хотя, я бы сыграл кавер KORN «Falling Away From Me», «Blind».
ДБ: Для меня всегда были примером AC/DC, которые более чем за 25 лет своего существования сыграли один, ну два кавера. Весь остальной сет — свои песни. А на первых наших концертах мы ведь исполняли кавера: у нас даже был специальный металликовский сет! Еще «Roots Bloody Roots» SEPULTURA. Мы бы сыграли пару коверов любимых песен, но лично я бы играл что-нибудь из современной англоязычной хитовой попсы: что-нибудь из REDNEX, SCOOTER, NO DOUBT, AQUA.

Ну и кто будет исполнять партию Барби?
ДБ: Маркус! У него недюжие вокальные способности, которые мы пока не использовали. Представляю себе картину: бородатый Маркус кричит в микрофон: «I'm a Barbie girl!»
Вертель: Еще пару таких вопросов и партию Барби будешь исполнять ты, Саша. И не говори, что не вытянешь. Медицина знает надежные способы поднятия голоса.
Маркус: Исполним мы кавер или нет — это для меня большого значения не имеет. Суть творчества группы не в этом. Намного важнее сочинить свою песню, а не играть чужую. Но по секрету скажу, что идея сыграть кавер уже где-то летает в воздухе. Свое несогласие я выражать не буду.
Алена: Я помню как минимум один кавер с моим участием — хит Дженис Джоплин про автомобиль «мерседес»! На тот момент я особенно увлекалась этой певицей, ну, и остальные не были против того, чтобы мы сыграли ее песенку в панковском стиле на вечеринке в канун Хэллоуина.

В последнее время прослеживается тенденция превращения металлической музыки в рэп. Вы, надеюсь, не собираетесь этого делать?
ДБ: Если мы превратим метал-музыку в рэп, то это уже будет рэп, а не метал-музыка. А вот соединить элементы рэпа и тяжелых гитар — эта идея мне очень нравится. Я знаю, что и Алексею Вертелю, и Баграту подобный симбиоз очень импонирует. Так что не исключено, что на полноформатном альбоме мы сыграем что-нибудь в этом ключе.
АГ: Было бы неплохо поэкспериментировать. Для начала можно попробовать сделать 1-2 вещи. Там видно будет.
ДБ: Старик, одна-две вещи — это уже тенденция, это уже «не для начала»!
Баграт: Почему? Я бы сделал одну песенку. Я давно Диму об этом прошу, но он пока не хочет, хотя у него очень классно получается петь рэп с гроулингом.
Маркус: Я думаю, что впереди это будет иметь место быть. Конечно, наше творчество может иметь какой-нибудь фрагмент в стиле рэп, но не более. Мы не тяготеем к этому стилю.
Алена: Я знаю, что кое у кого была мечта превратить нашу музыку не просто в рэп, а в техно-рэп… с женскими подпевками, как и положено…

А ремиксы вам не предлагали сделать?
Маркус: Предлагали или нет, я точно не знаю. Мне лично ремиксы не катят, т.к. субъективно я считаю, что песня в оригинале, в большинстве случаев, звучит намного лучше, чем ремикс этой песни.
ДБ: Предлагали, но пока ничего серьезного из этого не получилось. Лично мне куда больше нравится делать ремиксы, чем играть ковера. Я бы хотел иметь техно-версии наших лучших песен.
Алена: Ну вот, что я говорила!..
АГ: Всякое предлагали…
ДБ: Интим и все такое…

Но кроме интима с гербалайфом вам предлагали принять участие в трибьюте Metallica. К великому сожалению, этого не получилось, но какую вещь вы бы хотели исполнить?
ДБ: «Until It Sleeps», «No Leaf Clover». Еще есть одна песня у CANNIBAL CORPSE, которую я просто обожаю и очень хочу исполнить. Но это уже будет совершенно другая песня. Дэза там и в помине не будет.

Что, как у Немоляева, в духе рэгги?
ДБ: Нет, как у RAMMSTEIN, в духе метал-техно.
АГ: На мой взгляд, особой разницы нет какую песню МА мы исполняли бы. Наверное, что-нибудь близкое к нашему духу.
Алена: Мне все равно — я не вижу у МЕТАЛЛИКИ ярко выраженных тем для женского вокала…
ДБ: А в «Memory Remains»? Ты че, такой простор для творчества!

Как специалист по группе не могу не отметить, что у Металлики все-таки есть тема, которая полностью вписывается в рамки вашего творчества как по духу, так и по текстовой направленности. Однако, обсудим этот замечательный офф-топик как-нибудь потом, а пока перейдем к следующему назревшему вопросу. Почти каждый уважающий себя артист считает своим долгом написать песню про свою музыку: Whiplash, Iron Maiden, I Wanna Rock, We are the road crew, в общем, всего не перечислить. Вы до этого еще не дошли или пока не считаете нужным?
ДБ: Алексей Вертель как-то сравнил это с программой по русской литературе, которую мы изучали в школе: там есть тема поэта и поэзии. Ну, тема музыканта и музыки тоже звучит неплохо. Но для меня песни про собственную музыку подобны мемуарам, которые лучше писать в конце творческого пути. В нашем случае, по моему мнению, лучше издавать сборники хитовых вещей: таким образом музыка сама за себя все скажет и подведет итоги. А если мы все-таки напишем такую песню, то она будет называться так: «Vicious Crusade most vicious song for the most vicious people in E-moll for whispers only».
Алена: Нет, мне это не приходило в голову.
АГ: Я думаю, со временем напишем.
Баграт: Мне без разницы.
Маркус: Раз таких песен нет, значит еще не дошли, а если таких песен не будет в будущем, значит пока не нужны.

Кто из вас слушает самую тяжелую музыку?
Вертель: Это смотря что считать тяжелой музыкой. Для кого-то и Дима Боргир — попса, а кому-то и Продиги тяжело.
Алена: Маркус и Гладыш.
ДБ: Думаю, что Алексей Гладыш и Маркус.
Баграт: Я слушаю punk, hard-core, crossover, slam-core, PRIMER 55, SLIPKNOT, APOCALYPTICA и т.д.
ДБ: Ну, значит еще и Баграт!
Маркус: Что за вопрос?! Все в группе самые крутые металлы и слушают самую тяжелую музыку! Хотя и легкую слушают тоже.

Какая своя песня вам меньше всего нравится в данный момент? ДБ: «Arm Of The Invisible». Но это просто самая слабая песня из нашего репертуара. Хотя на концерте ее исполнить я бы не отказался.
Алена: Песня не моя, но все же — "Verge Of Extinction". Пусть мальчики на меня шипят, но песня никаковейшая!.. ;(Р А из тех, что с моим участием, не люблю на концертах петь хоровые, потому что без этих самых хоров они многое теряют.
АГ: Я об этом не задумываюсь. Решать слушателю. Хотя сколько людей столько и мнений.
Баграт: Мне все нравятся.
ДБ: Как это «все», если ты альбом «Life That Kills» вообще толком не слышал, хаха?

Насколько я понимаю, группой вы занимаетесь в свободное от работы время. А что вы делаете в свободное от работы и группы время?
ДБ: В последнее время я несколько отстранился от бурной журналистской деятельности (да и вообще от какой-либо общественной деятельности) и решил посвятить себя самообразованию и росту над собой! Вот и читаю всякие «умные» книги, смотрю «умные» фильмы, потом все это обсуждаю с умными людьми. А еще увлекся сниманием на камеру всего, что происходит с группой: всякие там концерты, туры, пьянки, вечеринки. Потом монтирую подобие документальных фильмов. И самому интересно и друзьям весело.
Алена: У меня приятная работа, так что мне даже трудно отделить свободное время от рабочего… Но если все-таки сделать это, то — болтаю по интернет-пейджеру, иду с друзьями на вечеринку или просто на пиво, смотрю нескучные фильмы и читаю такие же книжки и периодику…
АГ: В свободное время развлекаюсь за компом, читаю всяческие книги и встречаюсь с друзьями.
Маркус: Веду активный и пассивный отдых.
Баграт: Учусь, занимаюсь повышением уровня игры на скрипке, играю в другой команде сайко-фолк авангард.

На улицах узнают?
ДБ: К счастью, очень редко. Если только проходишь в местах сбора метал-народа или на концертах. А так — никакого бремени популярности!
АГ: На улицах не узнают. Бывает даже близкие люди. Наверное, потому, что часто прикид меняю.
Алена: А меня — узнают изредка и в основном люди, так или иначе приближенные к белорусскому «шоу-бизнесу». Я заметила забавную тенденцию: когда наша популярность несколько лет назад была менее заслуженной, узнавали чаще…

А вообще, как родственники реагируют на ваше занятие музыкой? Все-таки, «и музыкой это не назовешь, и контингент на концертах сомнительный, да и вообще какая от всего этого польза? »
Алена: Мои — смирились… Поначалу пеняли, конечно, но потом сказали — раз ты этим занимаешься уже столько времени и с таким упрямством, мы должны уважать твое решение… Но в мое светлое эстрадное будущее в составе этой группы они, конечно же, не верят…
ДБ: Мои — с осторожным оптимизмом. С пониманием, по крайней мере.

Ту би континьюд…
Prodolzhenie sleduet…


А вот на этом месте вдруг откуда ни возьмись появилась (нет, не то, что вы подумали) идея поставить сие интервью на сайт в таком виде, как оно есть на данный момент, после чего рассчитывать на гневные письма от группы в мой адрес.

Интервью взял (и не отдает)
Alexander Ustinoff, Vicious CruSite web-master