Интервью Vicious Crusade в «Музыкальной Газете»

1999 – 2000: The Unbroken Years.

Так уж получилось, что именно мне выпала честь (или бремя) брать второе подряд интервью у этой группы. Наш первый разговор, если кто-то помнит, состоялся в начале 1999 года, как раз перед выходом альбома «The Unbroken». Тогда, два года назад, VICIOUS CRUSADE еще предстояло стать «Группой '99 года», выпустить первый белорусский компакт-диск, доказать, в конце концов, свое право на существование. Что ж, они с этим справились. Справились без «массированной поддержки» со стороны прессы (помните обвинения?), практически не выступая на концертах, практически не подавая вообще никаких признаков жизни. Справились, выпустив всего лишь один-единственный альбом «The Unbroken», раз и навсегда расставивший все точки над «i»… И на этот раз передо мной сидели, вроде бы, все те же музыканты — Дмитрий Басик и Алексей Вертель. Все те же музыканты, все те же люди, но уже совершенно другая группа.

— Если я не ошибаюсь, это второе интервью, которое VICIOUS CRUSADE дает со времени выпуска «The Unbroken»?
Алексей: Для «Музыкальной газеты» — да, второе. А всего по поводу выхода этого альбома мы дали четыре интервью (включая это): первое — в Москве, третье — в Киеве. Но то интервью, которое мы дали в Киеве, было скорее посвящено политическо-сексуальной тематике, нежели деятельности группы.

— То есть?
Дмитрий: Ну, интервью брала молоденькая девушка пятнадцати лет, маленькая уютная комната, большой диван…
Алексей: В общем, все способствовало возникновению конструктивной и плодотворной беседы.

— Конечно, политики в «The Unbroken» — хоть отбавляй, но вот секса…
Алексей: Ты хочешь сказать, что «Псы правосудия» — не сексуальная песня? Да у нее идеальный ритм для занятия любовью!
Дмитрий: Ты пробовал?

— Пробовал…
Хором: И что?

— Идеальный, но у «Who Are These Men?» лучше.
Дмитрий: Когда тебе будет семьдесят, тебе больше понравится «Pariah»!

— Ладно, это интервью, похоже, и так уже никогда не напечатают…
Алексей: Мы дали взятку, все схвачено.

— Так почему все-таки вы так редко «появлялись» в прессе?
Дмитрий: Мне кажется, дать интервью перед выходом альбома и потом дать еще одно перед его «уходом» — это достаточно символично. Говорить надо тогда, когда нет музыки, а когда есть музыка — надо играть. Наш предстоящий концерт в конце этого года станет «последней главой» для «The Unbroken». Эра «несломленного» закончилась. 2001 год пройдет под знаком нашего нового релиза. Конечно, мы бы могли продержаться на старом материале еще год: как это ни парадоксально, но раскрутка «The Unbroken» на Украине и в России только началась. До сих пор альбом продавался практически исключительно в Беларуси. Но играть одно и то же три года мы уже не сможем…

— Ты хочешь сказать, что альбом продавали только в Беларуси? Но ведь даже в Минске его покупают по сей день!
Алексей: Ну я и говорю, что там классные ритмы!..
Дмитрий: На самом деле, мы и сами удивляемся, почему оно так происходит. Говорят, альбом покупают даже 30-35 летние мужчины, «старые» рокеры. Только в Беларуси мы продали уже больше 1200 кассет. На Россию пойдут преимущественно компакт-диски.

— Я слышал, что вас уже начали «пиратить»: нет-нет да и выплывает пиратский экземпляр альбома, зачастую с черно-белым вкладышем, неправильно написанными именами музыкантов. Не пора ли присоединиться к антипиратской компании белорусских музыкантов?
Дмитрий: Честно говоря, факт, что нас «пиратят», мне льстит. Конечно, это «бьет» по бюджету группы и, конечно же, по репутации фирмы Metal Records, являющейся нашим официальным издателем. Но если в Беларуси находятся люди, готовые нелегально выпускать белорусскую группу, значит наши, альбомы — хороший товар, который покупается даже в плохой упаковке. Еще многое зависит от людей, которые наши альбомы покупают: у них всегда есть выбор: купить официальный качественный релиз или черно-белую ксерокопию. Для тех, кто любит «настоящее», скажу, что «The Unbroken» переиздавался дважды: вкладыш без фотографий — из первой тысячи кассет, с фотографиями — из второй…
Алексей: Антипиратская компания… Да если бы я увидел, как бульдозер давит сотнями мои кассеты — пусть и «пиратские», — я бы умер от разрыва сердца!
Дмитрий: А я бы заплакал!

— Помимо того, что вы редко появлялись в прессе, вы еще и редко выступали. А как же насчет того, что если не говорить, так играть?
Алексей: За два года мы дали в Минске около шести концертов. Для нас это не так уж и мало. Да, можно было бы дать на два концерта больше. Но это уже был бы максимум. Вообще, в Минске мы чисто морально не можем выступать чаще, чем раз в три месяца. Тем более с одной и той же программой…
Дмитрий: Зато мы дали всебелорусский репетиционный тур! Мы проехали по всем областным центрам нашей страны и в каждом городе дали закрытую, строго засекреченную репетицию! Чума! Даже в Киеве мы хотели просто порепетировать, но злые и бессовестные организаторы открыли двери и запустили в зал народ. Так репетиция превратилась в концерт.

— Но если серьезно, вы и в другие города ездите нечасто…
Алексей: Потому что концерты мы даем исключительно ради собственного удовольствия, а выезжаем из Минска только тогда, когда чувствуем необходимость сменить обстановку и отдохнуть все вместе. Выступить только ради того, чтобы выступить, — это не для нас.

— Я слышал, что иногда концерты срываются из-за того, что вам не могут выплатить гонорар?
Дмитрий: (хитро улыбаясь) Это не так. Мы работаем с опытными профессиональными организаторами, для которых вопрос выплаты гонорара вообще не стоит. Мы всегда можем договориться. Если концерты и срывались, то исключительно по техническим, а не по финансовым причинам.

— За два года о вашей группе родилось немало слухов…
Дмитрий: Последний я услышал вчера: говорят, Басик ушел из VICIOUS CRUSADE! Представляешь? Я надеюсь, что это правда, потому что лично я давно хотел выгнать этого гада!

— Что же на самом деле происходило внутри группы?
Дмитрий: 1999 год начался с выпуска «The Unbroken». Летом мы закончили наши «высшие» учебные заведения (Басик, Вертель и Гладыш — инъяз, Алена — БГУ. — Авт.). Расставание со студенческой жизнью проходило долго и мучительно. Очнулись мы где-то в конце сентября уже на рабочих местах. Очнувшись, мы узнали, что у нас больше нет репетиционного помещения. Несколько месяцев поисков привели нас… в воинскую часть, где мы репетируем и по сей день. Кстати, начинали мы музыкальную деятельность тоже в воинской части. Порочный круг какой-то. В конце прошлого года, в декабре, мы две недели подряд выступали в Минске (после 8 месяцев затишья — Авт.). В декабре того же года мы отобрали 6-7 новых песен для нашего нового альбома. 2000 год мы начинаем с двух концертов в клубе «Реактор». Параллельно начинается работа над новым материалом. В начале лета мы берем в группу скрипача — Баграта (это его настоящее имя. — Авт.) и достаточно интенсивно продолжаем работу уже с новым музыкантом. Также летом мы подписываем контракт с крупнейшей белорусской метал-фирмой Metal Records, которая становится единственным официальным издателем наших альбомов. В конце сентября происходит смена бас-гитаристов: на место Паши Реунова приходит Сергей «Маркус», хорошо известный по группе SENTINELL. В октябре выходит компакт-диск «The Unbroken». 2-го декабря мы выступаем в Киеве. Через несколько дней, если все будет хорошо, выступим в Минске и тем самым завершим очередной год. На этом концерте мы, прежде всего, представим новых музыкантов — Сергея и Баграта, — две новые песни («Divine Contract» и «Messiah… Isn't It Me?»), а также инструментальное произведение (впервые в нашей истории) «Capriccio in g-moll per Violino ed Basso guitarra» — «Каприс для скрипки и бас-гитары соль-минор». Потом на неделю разойдемся на новогодние каникулы и в январе 2001 года приступим к записи мини-альбома. Но это уже будет в новом веке.

— Теперь обо всем по порядку. Как получилось, что вы ушли с LEGION Productions?
Алексей: Мы не ушли, мы перешли с LEGION Productions на Metal Records. Если вы помните, в 1999 году возникли определенные трудности (суть которых вам хорошо известна) с журналом LEGION. В конце концов журнал прекратил существование. А вместе с журналом прекратил работать и LEGION Prods. Наш бывший издатель — замечательный человек, которому мы, в общем-то, обязаны своим появлением на свет. Трудно представить, как развивались бы события без него. Если бы не вышеупомянутые проблемы, мы бы никогда не расстались. Но… Какое-то время мы существовали без издателя, а потом шеф Metal Records, уже к тому времени издавший все наши альбомы, предложил нам контракт, который мы с радостью подписали. Компакт «The Unbroken» уже полностью является релизом этой фирмы. Ну, и мини-альбом, равно как и полноформатный новый альбом, на кассетах и компакт-дисках будет выпущен на Metal Records.
Дмитрий: Тьфу-тьфу, конечно.

— А как произошла смена бас-гитаристов?
Дмитрий: Естественно и безболезненно. Паша Реунов — наш хороший друг, и с ним не могло произойти иначе. За всю историю нашего существования с этим человеком было меньше всего проблем. Чисто в человеческом плане, иметь такого музыканта могла бы захотеть любая группа. Но время расставило все точки над «i», и каждый из нас определился со своими приоритетами. Паша серьезно занялся образованием и работой, на занятия музыкой у него практически не оставалось времени. Пришлось выбирать, и наш выбор, я думаю, Паша понимает… Получилось так, что к началу октября мы оказались совершенно недееспособной группой: из-за отсутствия бас-гитариста мы не могли ни давать концерты, ни продолжать работать над новым материалом. Выход был очевиден: нам был нужен профессиональный музыкант, который смог бы в течение месяца выучить более 20 песен. Этим музыкантом оказался Сергей Одинец, больше известный как Маркус. За месяц он не только «поднял» всю нашу концертную программу, но и выучил шесть новых песен. «Боевое крещение» в Киеве он прошел великолепно, так что будем надеяться, что и в Минске он не застесняется и не сбежит со сцены, ха-ха!
Алексей: Да ты че? Маркус — мужик. Если он и сбежит со сцены, то только для того, чтобы стрясти телефончик симпатичной девушки или попить пивка в баре!

— Ну, причина, по которой вы взяли Маркуса, мне понятна. А он почему согласился к вам присоединиться?
Алексей: Мне кажется, Мракусу всегда нравилась Алена, поэтому он, руководствуясь своими корыстными целями, и пришел к нам.
Дмитрий: Перестань, Даркус пришел к нам исключительно ради денег!
Алексей: А может быть, Баркус просто хотел оказаться единственным длинноволосым музыкантом в нашей группе?

— Кстати, а почему постригся Алексей Гладыш?
Дмитрий: Его Бардакус упросил. Сказал, что в группе, мол, может быть только один волосатый, и все тут. Два волосатых — это несовременно.
Алексей: Ничего, мы его тоже скоро пострижем.

— Может, не надо?
Дмитрий: Надо! Нам платят, чтобы мы не растили волосы, и мы не собираемся терпеть убытки.

— Давайте теперь поговорим о новом приобретении группы — скрипаче. Зачем он вам понадобился?
Дмитрий: Новый инструмент подобен новому слову в твоем лексическом запасе. Чем большим количеством слов ты оперируешь, тем точнее и красочнее ты можешь выразить свою мысль. Звучание скрипок мы уже пытались передать с помощью клавиш, но зачем использовать подделку, когда можно воспользоваться настоящим инструментом? Но если раньше мы использовали скрипку только в качестве «подкладок», то на новом альбоме она будет выступать как один из основных инструментов. Хотя ладно, услышите сами. Скажу лишь, что Баграт — профессиональный, даже виртуозный скрипач! Для своих 18 (!) лет он играет просто потрясно. Не зря же его взяли в оркестр юных виртуозов, где он играет программу консерватории! Баграт — самый профессиональный среди всех нас музыкант. Так что 2000 год для нас — это год суперприобретений.
Алексей: Ты не упомянул про венерические болезни…
Дмитрий: Не вводи меня в искушение!

— А почему именно скрипка? Ведь есть же и другие инструменты?
Дмитрий: Скрипка — моя слабость. Она одинаково великолепно звучит и в фолковых, и в классических произведениях. Более того, только она может идеально передать настроение и атмосферу нашего нового альбома. Скрипка похожа на гейшу: маленькая, изящная и такая самоценная и хитро обученная!
Алексей: Кроме скрипки, кстати, мы на новом альбоме собираемся задействовать и духовую секцию! Я вполне серьезно.
Дмитрий: Лично я мечтаю о том, чтобы VICIOUS CRUSADE, в конце концов, превратился в оркестр. На сцене — человек пятнадцать: основная группа, струнная секция, духовая секция, девушки на подпевке, девушки на подтанцовке, девушки в зале… Вот это будет концерт!

— Раз уж мы заговорили о девушках, то смею обратить ваше внимание, что в последнее время их на ваших концертах стало больше. Как вы к этому относитесь?
Алексей: С осторожным оптимизмом.
Дмитрий: Это все из-за Алексея Гладыша: просто у него обычно нет времени встречаться со своими девушками, поэтому концерт для него — единственное место для свидания! Вот девушки и приходят. А когда Алексей видит, что к нему на свидание пришло сразу пять-шесть девушек, то он, чтобы никому не было обидно, тихонько прячется в гримерной, а потом ретируется через черный ход… На самом деле, это ведь не может не радовать, не так ли? Девушки, лично для меня, очень часто становятся предметом вдохновения…
Алексей: Равно как и мальчики, ха-ха!

— После посещения нескольких последних концертов VICIOUS CRUSADE у меня создалось впечатление, что публика с вашим появлением на сцене делится на два лагеря: одни приходят в восторг, а другие…
Дмитрий: Стоят, молчат и злятся!

— Ну, что-то в этом роде. Чем можно объяснить подобное поведение? Дмитрий: Потому что им нравится стоять, молчать и злиться! Ведь если бы им просто не нравилась наша музыка или мы сами, то они бы не ходили на наши концерты. Но они приходят на наши концерты. Более того, они платят довольно большие деньги за билеты. Тогда в чем же дело? А дело в том, что им это нравится, они получают от этого удовольствие. И это прекрасно! Мы счастливы, что люди, пришедшие на наш концерт, получают от него удовольствие!

Сергей КОРОВИН «Музыкальная Газета» 2000 N 5